«Для эффективного управления должен быть порядок на земле»

«Для эффективного управления должен быть порядок на земле»

О том, как выстраивается новая система управления земельными ресурсами, как цифровизация данных о земле и недвижимости упрощает взаимодействие граждан и бизнеса с государством и стимулирует развитие территорий, а также о новых технологиях службы для повышения эффективности федерального и региональных бюджетов в интервью “Ъ” рассказывает глава Росреестра Олег Скуфинский. — После выведения Росреестра из-под Минэкономики в 2020 году служба активизировала работу по выстраиванию эффективной вертикали управления земельными ресурсами. Каких результатов вам удалось достичь к 2022 году? — Главным системным результатом нашей работы мы считаем появление отдельной госпрограммы «Национальная система пространственных данных» (НСПД), которую мы разрабатывали при поддержке председателя правительства Михаила Мишустина и курирующего Росреестр вице-премьера Марата Хуснуллина. Этот документ правительство утвердило 1 декабря 2021 года по результатам эксперимента по созданию Единого ресурса по земле и недвижимости в четырех пилотных регионах — Татарстане, Иркутской области, Краснодарском и Пермском крае, где мы отработали технологии и посчитали эффекты. В результате реализации госпрограммы к 2030 году мы создадим единую цифровую платформу пространственных данных и единую электронную картографическую основу, которые объединят разрозненные сведения о земле и иных объектах недвижимости на территории всей страны. Второй результат имеет непосредственное значение для людей — это запуск сервисов и упрощение процесса получения государственных услуг. Мы уже вывели на портал «Госуслуг» все выписки из Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН) — 18 видов выписок. В планах до конца года перевести на портал услуги по кадастровому учету и регистрации прав. В прошлом году был запущен пилотный проект по сокращению сроков и приостановлений по регистрации прав на объекты бытовой недвижимости в Московской области. Сроки регистрации ипотеки сокращены до двух дней, а при подаче в электронном виде — до одного дня. Количество приостановлений по регистрации договоров долевого участия и постановке на кадастровый учет сократилось в девять раз. Результаты пилота уже распространены на всю территорию страны. Третий результат — выявление земли, которую можно вовлечь в оборот. Мы размещаем в публичном доступе всю информацию о ней, в том числе о разрешенных видах использования, и увязываем эти данные с сервисами и услугами регионального уровня. В результате любой заинтересованный пользователь в рамках сервиса «Земля для стройки» может узнать, как и где получить участок. В будущем запустим сервис «Земля просто» — тогда землю можно будет оформить уже в цифровом виде: направить заявку, сформировать участок, подписать в электронном виде все документы, получить их обратно. Самое главное — процесс будет публичным, прозрачным и быстрым. — Проблема отсутствия достоверных и полных данных о земле не решалась десятилетиями. Как сейчас проходит работа по их уточнению и почему выбран принцип экспериментов на отдельных территориях? — На первом этапе работы мы должны были убедиться в бюджетной эффективности, чтобы на каждый вложенный рубль мы могли получить максимальный результат. Поэтому выбрали для эксперимента четыре самых показательных и подходящих для интеграции региона по степени готовности государственной геодезической сети и единой электронной картографической основы. Кроме того, важным было, чтобы региональные системы работали на импортозамещенных отечественных продуктах. Эксперимент проходил в 11 муниципальных образованиях четырех регионов. На старте мы не представляли, какой объем работы предстоит, но нам удалось создать цифровую карту этих территорий. Она состоит из 86 связанных слоев, включающих сведения из 21 информационной системы различных федеральных и региональных органов. По итогам эксперимента мы поняли, как организовать хранение данных, информационный обмен этими данными, какие решения будут наиболее эффективны с точки зрения использования бюджетных средств. В 2022 году разработаем ядро платформы. К 2025 году завершим работу на всей территории 4 регионов и запустим там цифровую платформу. Кроме того, к этому сроку мы подключим еще 16 пилотных регионов, а к 2030 году переведем на платформу НСПД все субъекты РФ. Другой вопрос связан с особенностями информационного обмена — данные в систему направляют более десяти федеральных, а также региональные органы власти. Для того чтобы интегрировать поступающие от них сведения, нужны единые форматы, единые регламенты, протоколы обмена данными. Каждый владелец данных должен отвечать за их точность — должна быть процедура верификации данных. — Как идет работа по наполнению системы данными? — Неполнота и неточность данных остаются одной из основных исторически накопленных проблем. Опыт показывает, что данные из разных инфосистем расходятся. Самый яркий пример — это расхождение данных ЕГРН и лесного реестра практически на 300 млн га. Потребовалась лесная амнистия, сейчас мы сократили разрыв на без малого 250 млн га. Это огромная работа по сверке данных — камеральная работа на местах, работа с ответственными ведомствами. Для ее продолжения нам требуются законодательные изменения и новые технологические решения. В 2021 году в рамках эксперимента по созданию ЕИР мы также разработали сервис «Умный кадастр». Он позволяет выявлять объекты, которые не поставлены на учет или по которым не зарегистрированы права, происходит наложение границ. Сейчас эти данные выявляются вручную — сотрудники ведомств проводили подворовые обходы. Этой работой будет заниматься специально обученная нейронная сеть на основе анализа картографического материала, орто- и фотоснимков, дистанционного зондирования, данных ЕГРН и других реестров. Скорость работы выросла в 2 тыс. раз. Такой инструмент помогает понять, где накладываются границы, какие объекты не стоят на учете, какой существует разрыв в данных различных реестров — все это позволяет выстроить приоритеты и принимать управленческие решения для наведения порядка с данными. Как только у нас будут полные точные данные, возрастет качество управленческих решений и скорость их принятия. — При внедрении цифровых технологий неизбежно высвобождение части персонала. Цифровизация процессов принятия решений сопровождается и другими рисками — как вы находите баланс между скоростью и качеством решений? — С точки зрения внедрения цифровых технологий есть разумные пределы. Поскольку наша главная задача — гарантия прав граждан, зарегистрированных прав, скорость принятия решений должна соотноситься со временем проведения правовой экспертизы. Но надо понимать, что выполнение такой экспертизы все равно зависит от качества данных, поэтому мы должны прежде всего обеспечить полноту и точность данных и высокую степень интеграции различных информационных систем. Что же касается повышения производительности, объем задач внутри Росреестра только растет — за последние десять лет нагрузка на ведомство выросла в 2,5 раза. У нас постоянно появляются новые задачи и функции. Любой новый сервис и инициатива требуют поддержки и сопровождения, поэтому мы перераспределяем освободившихся сотрудников на выполнение новых задач. — Создание единого цифрового ресурса о земле и недвижимости долгое время упиралось в недостаток финансирования. Теперь же эта работа признана приоритетной и получила собственную госпрограмму — какие результаты показали эксперименты Росреестра? — Нам еще надо научиться точно считать эффекты от цифровизации и работ по учету. Сейчас мы можем назвать прямые эффекты: например, мы приносим в бюджет 43 млрд руб. за счет государственной пошлины и предоставления сведений. На основе наших данных формируются имущественные налоги и сборы (за исключением налога на имущество организаций) — это более 300 млрд руб. В результате комплексных кадастровых работ, предполагающих уточнение границ и исправление реестровых ошибок, площадь объекта в среднем растет на 15–20%. То есть налогооблагаемая площадь увеличивается примерно на 15%. За 2021 год прирост налогообложения составил около 20 млрд руб., тогда как дополнительное финансирование на госпрограмму на 3 года составляет 27 млрд руб. Де-факто мы за год почти окупили расходы — и это только с точки зрения прямых эффектов, а есть косвенные. Так, мы выявили и вводим в оборот более 80 тыс. га земли, уменьшили сроки принятия решений по запросам бизнеса, что позволяет сократить инвестиционно-строительный цикл. По оценкам экспертов Высшей школы экономики, только в консервативном сценарии благодаря нашей работе до 2025 года может быть получен дополнительный прямой эффект — более 150 млрд руб. Однако во многом это вопросы налогообложения, а это полномочия ФНС, регионов и муниципалитетов. Перед Росреестром стоит задача — выявить объекты, поставить их на учет и зарегистрировать права. Для эффективного управления должен быть порядок на земле — надо понимать, каким ресурсом ты обладаешь, у каждого объекта должен быть правообладатель, все объекты должны стоять на учете. — Кампания по сбору данных о земле в РФ в последнее время обсуждается в контексте эффективного развития территорий — от регионов требуют создания инвестиционных карт, которые помогли бы бизнесу принимать решения о запуске новых инвестпроектов. Как Росреестр вовлечен в эту работу? — Наша деятельность синхронизирована с блоком первого вице-премьера Андрея Белоусова по созданию инвестиционных порталов регионов. От нас ждут электронной картографической основы и единых стандартов, чтобы все данные были сопоставимы. Мы разработали такой стандарт — и сейчас он проходит согласительные процедуры. При этом мы тесно взаимодействуем с регионами в практической части — с каждым губернатором у нас подписана «дорожная карта». Надо сказать, что всегда есть лидеры, хорошисты и отстающие. Это объективная ситуация: у регионов разное ресурсное и кадровое обеспечение, поэтому кто-то идет впереди и отрабатывает новые технологии, далее лучшие практики распространяются уже и на других. В некоторых регионах также были запущены пилотные проекты в прошлом году.