Business is booming.

Латвия не унывает: Мы избавились от грязного российского транзита

0 32

Латвия не унывает: Мы избавились от грязного российского транзита

Для транзитной отрасли Латвии прошлый год оказался своеобразным рубиконом: порты и железная дорога завершили его с катастрофическими результатами. Отыграть спад в объемах грузовых перевозок в обозримом будущем вряд ли получится. Здешние чиновники это признают. И даже находят в себе силы говорить, что главная причина провала 2020 года — это не COVID-19, а переориентация российского транзита на порты Ленинградской области. Пандемия коронавируса лишь усугубила этот процесс.

Из морских гаваней Риги, Вентспилса и Лиепаи ушел их главный кормилец — уголь. Хотя в планы руководства Латвии это не входило. К примеру, программа развития Рижского морского порта на 2019−2028 годы составлялась из расчета на то, что перевалка угля существенно уменьшаться не будет. А если Россия все-таки перенаправит транзит ископаемого топлива в Усть-Лугу, Приморск и Высоцк? Что тогда делать?

Директор Рижского порта Ансис Зелтиньш отмахивался от подобных вопросов и убеждал правительство (премьер-министра Кришьяниса Кариньша и министра экономики Ральфа Немиро), что причин для беспокойства нет. Дескать, коллапс транзитной отрасли Латвии могу спровоцировать только «геополитические потрясения», которых на горизонте в 2019 году не наблюдалось…

Можно ли к таким потрясениям причислить пандемию коронавируса — вопрос спорный. Как бы то ни было, уголь ушел. В конце прошлого года Латвийская железная дорога перестала перевозить даже минимальные объемы этого груза. Морозы немного исправили ситуацию, но для прибалтийской республики это слабое утешение. Тот же Рижский порт, к примеру, в январе обработал 4 тысячи тонн угля — это почти в 100 раз (!) меньше, чем за аналогичный период прошлого года, когда транзитная отрасль Латвии уже находилась в состоянии кризиса.

«Все особенно плохо с углем, который был нашим спасителем. Сейчас объемы перевозки угля настолько низкие, что они хуже даже наших самых пессимистичных прогнозов, которые мы делали полгода назад», — сокрушался незадолго до начала пандемии директор Государственной железнодорожной администрации Латвии Юрис Иесалниекс. Знал бы он, что будет дальше!

А как поживает Ансис Зелтиньш, который убаюкивал правительство своими оптимистичными прогнозами? Наверное, лишился своей должности? Нет, он по-прежнему стоит у руля Рижского порта и даже радуется спаду в объемах перевалки. По его словам, 2020 год стал поворотным моментом для порта с точки зрения изменений его специализации — объемы грузов местного происхождения и грузов с более высокой добавленной стоимостью в процентном соотношении существенно увеличились. «Увеличились», разумеется, благодаря потере других видов грузов.

Правительственные чиновники поначалу пытались разжалобить своих российских коллег. Заместитель госсекретаря Министерства сообщения Латвии Улдис Рейманис письменно просил помощника министра транспорта РФ Юрия Петрова не препятствовать транзиту угля через территорию прибалтийской республики.

По его словам, Рига, Вентспилс и Лиепая недополучали большие объемы грузов из-за бюрократических таможенных процедур. К примеру, в октябре 2020 года порты Латвии планировала обработать 4 832 вагона с углем, а российская сторона согласовала только 279. В ноябре вообще все заявки были отклонены.

Красноречивым ответом на это письмо стал тот факт, что в декабре Рига, Вентспилс и Лиепая снова не получили ни одного вагона с российским углем. Прав оказался бывший президент Латвии Валдис Затлерс, который призывал руководство страны не унижаться перед Кремлем: «Это политика России. Российская политика формировалась не вчера и не в прошлом году, а лет 15 назад. И было ясно, что постепенно через Латвию будет проходить все меньше и меньше грузов, а может, и вовсе не будет. Если мы станем унижаться, мы будем унижены еще больше, и никакого положительного эффекта для того, кто слаб и молит, чтобы что-то дали, не будет».

От просьб и увещеваний латвийские чиновники перешли к угрозам. «Если в экономику вмешивается политика, то конкурировать крайне сложно. Я думаю, что отношение России может измениться только благодаря единой позиции Евросоюза, который выступает против субсидируемого и искаженного транспортного рынка, потому что это снижает эффективность транспорта и логистики, увеличивает выбросы CO2», — заявил зампред правления Ветнспилсского порта Гиртс Валдис Кристовскис.

Очевидно, он намекает на то, что руководство РФ удлиняет для своих грузоотправителей транспортное плечо. Растет расход топлива, а вместе с ним — выбросы в атмосферу парниковых газов. Чем не повод ввести против России новые санкции за пренебрежительное отношение к экологии и игнорирование проблемы изменения климата?

Хит-парад абсурдных заявлений продолжил представитель Ассоциации арендаторов порта Лиепаи Арис Озолиньш. Его тоже обрадовал тот факт, что «грязный» российский уголь наконец-то ушел из латвийских портов: «Во-первых, уголь — это неблагоприятное влияние на климат и окружающую среду. Во-вторых, это груз с низкой добавленной стоимостью. Ясно, что объемы угольных грузов были большими, но если их хотя бы частично удастся заменить грузами, дающими в работе портов большую добавленную стоимость, например, контейнерами, то будет даже лучше».

Хорошая идея, только где же взять грузы с высокой добавленной стоимостью? Об этом история умалчивает.

Но дальше всех пошел уже упомянутый Кришьянис Кариньш — уроженец США и гордый обладатель американского паспорта, который обещал провести «капитальный ремонт» финансового сектора республики. Сказано — сделано. Нерезиденты с латвийскими банками больше не работают. По мнению Кариньша, для Латвии это плюс. Под тем же углом он смотрит на проблему транзита: «Это устаревшая мысль, что транзит нас спасет. Мост между Востоком и Западом. Ну куда он нас заведет. Мы возили и возим нефтепродукты, каменный уголь, минералы, минеральные вещества, насыпные грузы в наши порты. Идет через нашу, так сказать, территорию — но государство от этого, к сожалению, не становится богатым. (…) И это самое транзитное мышление — покупать, продавать, везти, что мы станем богатыми, — мы поэтому не являемся богатыми. Я скажу как раз против вашего утверждения.

Это мышление есть то, что нас долго задерживало, этому противоядием является реиндустриализация, что означает рабочие места и зарплаты для людей, а не зарплаты для пары человек, которые смогут в таком монопольном состоянии зарабатывать за счет простого транзита".

Проводить реиндустриализацию Кариньш предлагает — вы не поверите! — на деньги Евросоюза. Того самого Евросоюза, который принимал деятельное участие в уничтожении советской промышленности на территории Литвы, Латвии и Эстонии. Но то были «неправильные» предприятия — неэффективные, убыточные, заточенные на выполнение пресловутого плана и «производство ради производства». А в независимой Латвии будут только передовые заводы.

«Как нам стать богатой нацией, богатой страной? Как достичь желаемого уровня благосостояния, который ближе к странам Северной Европы? Я верю, что мы сможем это сделать и добиться этого с помощью так называемой интеллектуальной реиндустриализации», — бодрится Кришьянис Кариньш.

Что ж, в условиях транзитного голода премьер-министру Латвии остается только фонтанировать необычными экономическими концепциями. И чем больше грузов будут терять порты Риги Вентспилса и Лиепаи, тем активнее здешние чиновники будут доказывать, что народу это пойдет на пользу. Так не лучше ли сразу распилить порты и разобрать железную дорогу?

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

2 × 1 =